На фоне разговоров о запрете Телеграма (да и не только разговоров) надо учесть, что это у нас в стране он стал площадкой, на которой собирается, общается и организуется гражданское общество. Это далеко не везде так. Например, в Европе Телеграм ассоциируется, скорее, с наркоторговлей.
Но в России закрытие Телеграма очень многими воспринимается именно как атака на канал, через который граждане хоть как-то могут достучаться до начальства. А иногда даже и повлиять на его решения.
Давайте вспомним ситуацию с QR-кодами, когда в ТГК Вячеслава Володина граждане отправили больше миллиона комментариев, требующих отменить уже запланированные меры тотального контроля. Тогда это во многом сыграло роль в приостановке ковидобесных инициатив.
Или другой случай, более близкий: когда попытались лишить армию на СВО возможности координации и связи через Телеграм. Тогда тоже именно в ТГ поднялась волна. Причём она оказалась настолько мощной, что Госдума вернулась к рассмотрению и откатила назад уже принятую поправку.
Поэтому есть серьёзные подозрения, что атака бюрократии на Телеграм вызвана желанием заколотить окно, через которое в их уютный тёплый мирок красивых отчётов о победах и достижениях врывается холодная и неуютная реальность со всеми её проблемами, заставляет приниматься за реальную работу, а не ограничиваться её видимостью.