Жительница Подмосковья обвиняет супруга в похищении их сына, препятствии общения и применении насилия.
37-летняя Виктория из Видного рассталась с 47-летним Алексеем К. летом прошлого года. В сентябре она подала на развод, поскольку, по её словам, подвергалась систематическому домашнему насилию. Однако только в феврале 2025 года заявление приняли в производство, рассказала она Осторожно Media.
В том же месяце, по словам женщины, мужчина забрал семилетнего сына на свой день рождения. Позже, как она утверждает, он сообщил, что ребёнок заболел, и Алексей перестал выходить на связь. Со временем выяснилось, что мальчика увезли, предположительно, в Краснодарский край — якобы для лечения в более благоприятных климатических условиях. Однако Виктория уверена: речь идёт не о заботе, а о намеренном отчуждении сына от матери.
С тех пор женщина не знает, где именно находится сын. По её словам, ей запрещают личные встречи, позволяя лишь редкие видеозвонки в присутствии отца. Виктория заявляет, что в разговорах мальчик повторяет чужие фразы, избегает слова «мама» и говорит, что не хочет возвращаться. Она уверена, что он находится под психологическим давлением.
[Он] стал говорить: “Ты нам задолбала звонить” — это не его слова, это слова взрослого, которые вложили ему в голову. Я добросовестно исполняла родительские обязанности. Я не увозила ребёнка, не прятала его, не препятствовала его общению с отцом. В отличие от Алексея. Я просто хочу восстановить справедливость и вернуть сына домой к родным и друзьям.
В апреле, на время бракоразводного процесса, временную опеку над сыном передали отцу. Женщина утверждает, что сотрудники органов опеки составили положительное заключение в его пользу после проверки жилья, в котором тот давно не проживает.
Органы опеки сделали осмотр жилья моего и мужа. Он приехал, показал квартиру, в которой никто не живет. Ребенка в квартире не было, ни детских вещей, ни игрушек. Он привёз сына позже — в сам офис опеки. Там провели опрос, без меня, мне никто ничего не сообщил и на опросе не стоит даже дата, и под контролем отца [мальчик] сказал: "Хочу жить с мамой и папой. Но если выбирать — с папой". Опека сделала заключение: до окончательного решения суда оставить ребёнка с отцом, ссылаясь на мнение 7-летнего ребенка, находящегося под давлением отца и заключением органа опеки.
Виктория обращалась в полицию с заявлением о хищении ребёнка, но ей отказали в возбуждении уголовного дела. Органы опеки зачтут обращение женщины при подготовке заключения бракоразводного процесса. Сейчас она требует, чтобы мальчика нашли и вернули. Осторожно Media связались с Алексеем, но предоставлять комментарии он отказался.