Тысячи наших соотечественников превратились в заложников эмиратского рая: небо закрыто, рейсы отменены, отели вежливо, но твердо машут рукой по истечении оплаченных суток.
Правда, президент ОАЭ потребовал "не выгонять туристов, а счета выставлять правительству" — но пока это лишь бумага на фоне прилетов.
"Пожалуйста, гоу хом" — улыбаются на ресепшене, забывая уточнить, что дом в тысячах километров, а аэропорты в коме. Альтернатива — парковка, улица с фейерверком из иранских дронов или переполненный терминал, откуда выгоняют.
Вчера они постили селфи с завтраками на Пальме Джумейра — в шортах и шлепанцах. Сегодня дремлют на чемоданах в паркингах, просыпаясь от сирен и хлопков ПВО. Последние доллары тают в обменниках, а в чатах лаконичное «приходится бухать». Честная терапия в мире, где ты не контролируешь ничего, кроме бутылки.
Это дежавю. В 2011-м в Египте пять тысяч россиян — тоже в майках и сланцах, зачем куртка, если такси ждет у подъезда — смели еду в буфетах, осушили воду. Таксисты драли по 400 баксов за поездку в пылающий Каир, где не работал интернет и молчали банкоматы.
Сейчас в ОАЭ — тысячи и тысячи наших. Кто говорит 2, кто-то 5 или 10, кто все 20.
Вокруг ЧП, но с блеском — декорации подороже, круг замкнутый.
Елена из Екатеринбурга — спустили в паркинг, турфирма кивает на перевозчика, тот — обратно. Другим продлевают номера, а она с мужем платит свои — наличка на исходе. В "Дубай Марина" тюменцы не верили новостям, пока не завыли сирены. Хлопки над завтраком — но экскурсии все равно продают, бизнес не спит. Девушка на Пальме увидела дым от ракеты в соседнем отеле, закрыла шторы и ушла спать подальше от окна.
"Ну то есть обстановка как временами в Севастополе и Сочи, Анапе и Керчи. Не говоря про Белгород" — комментируют читатели.
Анжелика в Абу-Даби — свободен только пятизвездочник, но денег нет. Золотая клетка. Виктория — отец в транзите, на парковке в Дохе, авиакомпания молчит. Анна с Бали — Emirates деликатно посылает. Евгения — таксист отказался от куша, плохой знак, граница с Оманом заперта. Надежда из круиза — с тревожным рюкзаком. Дарья с ребенком в Рас-эль-Хайме — ракеты в небе, рейсов нет, отель милостиво оставил, но что завтра — вопрос.
В Риксосе эвакуация в дубайскую двойку. Кто-то фыркнул — "к стаду?" Ему свои же ответили — заткнись, или морду набьем. Хоть куда, лишь не на улицу. Час назад человек был гостем с претензиями. Теперь его задача — дотянуть до вывоза. И двойка лучше паркинга под обстрелом.
Раньше говорили — иностранный турист на войне жалкое зрелище. Теперь появилось слово "петушественники-сибариты" — про тех, кто вылетает в феврале без куртки, веря в ласковый мир и силу денег.
Вот только ты не дома в Сочи. И даже не в привычной Турции. Под свистом ракет над Бурдж-Халифой твой статус — ноль. В России у тебя понятные законы, связи, контакты. Ты на своей земле — и в случае ЧП решаешь вопросы.
В Дубае турист — транзакция, которую выкидывают в гараж, как только кончилась оплата. Нет своих. Только честность агента, которому сейчас не до тебя, и воля местных властей, у которых отели пытают в самом прямом смысле.