В ежедневном вихре на первый взгляд никак не связанных между собой событий у вас всегда есть свежий выпуск, который поможет разобраться в самом важном за неделю.
Конечно, телефонный разговор Трампа и Путина обсуждали больше всего. Президенты называли друг друга по имени и даже спорили, кто первым положит трубку. Между тем, речь идет о крайне серьезных вещах — втором раунде российско-украинских переговоров и прекращении огня.
В Кремле взаимодействие с Украиной теперь называют «работой над текстом совместного меморандума» — конструкция громоздкая, но лучше так, чем СВО. Западные газеты соревнуются в инсайдах и пугают — то ли Трамп грозит Европе выйти из переговоров, то ли вообще настаивает на скорой победе России.
Ясно одно — атаки БПЛА теперь не ограничиваются ночным временем и происходят каждый день, а мы привыкаем к перебоям со связью. Новости с разных концов планеты всё больше о войнах и кризисах.
В Сирии боевики напали на российскую авиабазу Хмеймим, а новые власти выглядят всё менее жизнеспособными. Израиль постепенно становится изгоем в глазах главных партнеров и союзников — тоже из-за войны.
В Румынии неожиданно победил центрист, но Павел Дуров дал правому кандидату повод оспорить результаты, обвинив во вмешательстве в выборы французскую разведку.
Расскажу невероятную историю ливанского религиозного певца Мохаммада Хади Салеха, который пел на похоронах лидеров Хезболлы, им же сданных Моссаду. В Петербурге прошёл самый странный юридический форум всех времён, а в Москве ссорятся из-за фейковой скульптуры Сталина на станции метро «Таганская».