На момент написания этого сообщения публично известно лишь то, что ряд российских Telegram-каналов, включая Mash, сообщили о покушении на руководителя компании «Русская лаборатория воздушного транспорта» Андрея Черезова.
Теперь смотрите: для совершения адресного покушения исполнителю необходимо знать несколько вещей: домашний адрес цели, привычный распорядок дня, подъезд, этаж, время возвращения домой, наличие или отсутствие охраны. Такой объем информации редко получают исключительно путем наружного наблюдения. Как правило, он формируется из нескольких источников одновременно.
Российская цифровая инфраструктура предоставляет огромное количество подобных следов. Адрес регистрации может оказаться в утекших государственных базах. Фактическое место проживания — в базах служб доставки, интернет-магазинов, операторов связи, страховых компаний или управляющих организаций. Автомобиль — в базах ГИБДД и страхования. Телефон — в многочисленных коммерческих утечках. Родственники и фотографии — в социальных сетях и мессенджерах. Передвижения могут косвенно восстанавливаться по заказам такси, авиаперелетам, бронированиям гостиниц или геолокационным данным, если они оказались в распоряжении злоумышленников.
Особенность российской ситуации заключается в том, что все эти массивы данных давно существуют не изолированно, а как единый теневой рынок. На специализированных площадках и в закрытых сообществах продаются уже агрегированные «досье» на человека, включающие десятки различных источников. Их стоимость зачастую несоизмеримо ниже затрат на классическую агентурную разработку.
Поэтому возникает системная проблема. Если сведения о человеке, имеющем отношение к оборонным разработкам, можно приобрести за сравнительно небольшие деньги у коррупционного посредника, необходимость в сложной разведывательной операции существенно снижается. В этом случае главной уязвимостью становится не профессионализм иностранных спецслужб, а деградация собственной системы защиты данных.
Если учесть, что за подобными покушениями действительно могут стоять иностранные спецслужбы, то наиболее рациональной стратегией для них было бы не забрасывать в Россию многочисленные агентурные сети, а систематически покупать уже готовую информацию на внутреннем рынке утечек и там же покупать исполнителей. Это дешевле, быстрее и значительно менее рискованно.
Именно поэтому борьба с утечками персональных данных перестает быть вопросом защиты частной жизни. Она становится вопросом национальной безопасности. Каждый проданный адрес, номер телефона или маршрут передвижения сотрудника предприятия оборонной отрасли потенциально снижает стоимость и сложность подготовки диверсионной операции.
В этом смысле цифровая безопасность сегодня является такой же частью обороны государства, как физическая охрана объектов или контрразведывательное обеспечение предприятий.
Пока же многочисленные утечки последних лет демонстрируют, что российское информационное пространство остается одной из наиболее уязвимых сфер, а тотальная коррупция и отсутствие защиты государственных и коммерческих информационных систем способны создавать риски, которыми могут воспользоваться все желающие.