По вопросу двух атомных подлодок (ПЛАРБ) и их передвижения от Трампа.
Первое. То, что не все лодки в основном находятся на боевом дежурстве, по идее должны понимать все, кто хоть немного интересуется военным делом. В ВМС США обычно это две лодки на позиции, ещё две готовы выйти в течение трёх часов, и ещё пара лодок в течение суток. Остальные обычно проходят обслуживание. Плюс в момент переменки лодок может быть четыре на боевом дежурстве. Поэтому может быть сказано для красного словца, возможно, задержали пару лодок в ходе ротации, возможно, вывели в море находящиеся в полной боевой готовности на базе пару ПЛАРБ.
Второе. Гораздо более интересный и уже более опасный для нас нюанс. Если обычный позиционный район находится достаточно далеко от наших границ и обеспечивает безопасность ПЛАРБ во время дежурства на несколько месяцев, то есть три географические зоны, где появление американских ПЛАРБ несёт огромную угрозу для России.
Это район побережья Норвегии, побережья Камчатки и восточное Средиземноморье. Именно с этих районов ПЛАРБ типа Огайо может применить ракеты (БРПЛ Трайдент 2) по "пистолетной" траектории. То есть, не выходя в космос, по верхней границе атмосферы на максимальной скорости пикировать к земле под пологим углом. Это даёт возможность, не попадая в зону обнаружения радаров СПРН, нанести удар на относительно небольшой дальности (500-1500 км) на огромной скорости по целям, которые даже не успеют отреагировать. Ведь прохождение сигнала после обнаружения запуска, уточнения траектории по системе предупреждения о ракетном нападении (СПРН) занимает несколько минут, после чего идёт команда на запуск наших ракет для ответного встречного удара.
Но подлетное время для ударов по базам на севере и на Камчатке займёт меньше двух минут, а там базируется около 90% наших МСЯС (морские силы ядерного сдерживания). И всего двумя боеголовками можно вывести их из игры. А удар из восточного Средиземноморья уничтожает радары СПРН на южном направлении и позволяет дотянуться до Москвы буквально за 4-5 минут, что затрудняет вероятность успешного ответа.
Да, система Периметр должна отработать даже в такой ситуации, но опасность состоит в том, что количество СБЧ, которые смогут успешно стартовать и достичь целей на территории США, будет кратно меньше, чем находится у нас на боевом дежурстве. И весь вопрос станет, станет ли это количество нокаутирующим для врага, либо причинит умеренный ущерб.
Поэтому тезис, что в ядерной войне не будет победителей, вовсе не является аксиомой. Именно поэтому, опираясь на способы сокрушения нашего ядерного щита, США создают систему ПРО, которая позволит уменьшить количество долетевших до них ядерных блоков. А вовсе не от стран-террористов с единичными ракетами в теории.
Правда, в этой концепции у США тоже не всё шоколадно. Техническая возможность взорвать СБЧ на такой траектории требует на порядок большей точности срабатывания автоматики подрыва, ведь за долю секунды эпицентр подрыва может уйти сильно в сторону. И пока не известно, смогли ли они решить эту очень непростую задачу. С другой стороны, очень сложная ситуация с силами ПЛО и тем более с отказом от авианосца, проседание на ближайшие десятилетия возможностей по охране этих участков акватории даёт возможность американским ПЛАРБ безнаказанно заходить в эти районы.
И возможным ответом на эти угрозы имеет смысл рассмотреть закрепление в ядерной доктрине возможности превентивного наступательного удара (тогда ПРО США не поможет) и плюс пересмотр концепции структуры ядерного щита на носители во внутренние акватории, на ЖД лёгкие - стандартизированные МБР контейнерного исполнения и БРСД (тот самый РС-26 Орешник), что позволяет в корне пересмотреть внешний облик ударных средств РВСН и возможности их рассредоточения среди огромного количества объектов транспортной инфраструктуры разного типа.
Именно рассредоточение становится ответом на такие угрозы.