Блогер Олег Царев заинтересовался вопросами собственности в современной России. Царев – не экономист, потому и допустил множество ляпов.
Между тем, вопросы собственности в России так и не отрегулированы.
В Конституции СССР 1977 года институту собственности посвящены четыре большие статьи (10-13), в которых постулируется, что основу экономической системы СССР составляет социалистическая собственность на средства производства в форме государственной (общенародной) и колхозно-кооперативной собственности.
В ст. 13 говорится, что в СССР есть личная собственность, основу которой составляют трудовые доходы. Имущество, находящееся в личной собственности или в пользовании граждан, не должно служить для извлечения нетрудовых доходов, использоваться в ущерб интересам общества.
Частной собственности, вопреки утверждению Царева, в СССР не было.
В Конституции России 1993 года институту собственности посвящена всего одна 35-я статья. И та ориентирована на конституционное закрепление права частной собственности.
Четыре автора, писавшие Конституцию на пляжной коленке, ориентировались на Конституцию Франции, к тому же время поджимало. Потому никакого обсуждения не было. Вот и слепили.
Наши институциональные теоретики 35 лет выступают проводниками колониальных представлений об узловых категориях теоретической экономики. За все годы они (МГУ Аузана, ВШЭ Кузьминова и пр.) не удосужились отделить частную собственность от личной.
В экономической теории со времен Маркса сложился консенсус, что частная собственность – это то, что приносит доход владельцу. А личная собственность служит удовлетворению потребностей ее обладателя.
Тут бы определить различия между частной и личной собственностью (один и тот же объект в разные периоды времени может выступать в двух ипостасях), но разве это кому-нибудь нужно?
Статья 13 Конституции СССР приведена не случайно: основу личной собственности составляют трудовые доходы.
Коммунисты не дураки были – они сформулировали многовековой мировоззренческий паттерн русского народа: «собственность – результат труда». В моей «Экономике по-русски» есть отдельная глава «Трудовая теория собственности».
Все имущество, добытое иными путями, априори нелегитимно. Так было, есть и в обозримой перспективе будет.
Попытки Царева защитить права частной собственности на украденные активы, пусть с них платятся налоги, ничего кроме сожаления не вызывают.
Передел нелегитимной частной собственности продолжается в России 35 лет, но ни к каким революциям, вопреки мечтам Царева, не привел.
Что происходит сейчас? На мой взгляд, восстановление справедливости, по-другому, национализация активов, добытых преступным путем. Понятие справедливости в Конституции РФ отсутствует (там много чего отсутствует), но конвенционально и концептуально напоминает руладу Дж. Ролза «справедливость как честность».
Россия – страна, мало обращающая внимания на законы, в первую очередь, в силу их регулярной корректировки. Россия – страна, живущая по морально-этическим принципам, что впервые было изложено в XI в. митрополитом Илларионом «В слове о законе и благодати».
К революциям, парируя мнение г-на Царева, приводит не передел собственности (вот еще), а игнорирование властью тех самых народных паттернов, о которых говорилось в предыдущем абзаце.
Если уж и говорить о «революциях», то нужен триггер, кардинально несоответствующий народным представлениям (понятиям). Например, бездействие перед лицом врага, предательство, вброшенное в медийно привлекательной обертке, на крайний случай, публичное поедание младенца.
Обо всем другом даже думать забудь. И в первую очередь, об экономических провалах. Был же август 1998-го и что?
Название книги «Экономика по-русски» - мое. Так называлась моя радиопрограмма на РСН эпохи Доренко. Это потом программу вместе с Хазиным спер Соловьев. Шапиро – не самый умный: патент на название у меня.