Грош цена словам Дегтярева. РУСАДА не признана, и ОКР по-прежнему отстранен – таков итог после заседаний в сентябре исполкомов ВАДА и МОК, на которые так уповал министр спорта Михаил Дегтярев.
11 августа он заявил, что "ждем в этом году инспекцию ВАДА, об этом уже есть предварительная договоренность". Но вопреки его ожиданиям, в протоколе исполкома ВАДА от 11 сентября сказано, что "в настоящее время Кодекс не соблюдают три подписанта: российская (собственно, РУСАДА) и шри-ланкийская НАДО, а также Международная федерация фитнеса и бодибилдинга (IFBB)".
А сегодня получен ответ на его ожидания от 5 августа, озвученные в интервью газете "Коммерсант" о том, что вопрос с возвращением Олимпийскому комитету России (ОКР) полноценного статуса может решиться уже в сентябре: "По словам Михаила Дегтярева, занявшая в июне пост президента МОК Кирсти Ковентри «сразу же дала команду наше досье передать в юридическую комиссию для выработки рекомендаций ближайшему исполкому, который состоится в сентябре".
Вот только сегодня МОК разместил релиз по итогам заседания исполкома, в котором заявлено, что на зимнюю олимпиаду в Милане "команды спортсменов, имеющих российский или белорусский паспорт, не будут допущены".
При этом спортсмены в нейтральном статусе тоже будут тщательно проверяться: "спортсмены, активно поддерживающие войну, не будут допущены к участию и участию в соревнованиях. Сопровождающие, активно поддерживающие войну, тоже не будут допущены к участию; спортсмены, работающие по контракту с российскими или белорусскими военными или органами национальной безопасности, не будут допущены к участию в соревнованиях. Вспомогательный персонал, работающий по контракту с российскими или белорусскими военными или органами национальной безопасности, не будет допущен к участию в соревнованиях".
Печально, но несмотря на полный провал безосновательных ожиданий, Дегтярев дежурно отчитался о продолжении работы. Что ж, с этим приходится согласиться – он, действительно, продолжает работать министром и возглавлять ОКР, хотя его работы в этом направлении никто не замечает, а на его заявления даже не реагирует.