В беседе с Осторожно Media доцент экономического факультета РУДН Лазарь Бадалов назвал иски Банка России к Euroclear правильным и логичным действием. Он подчеркивает, что сама блокировка активов в финансовом хабе Euroclear выглядит крайне сомнительно как с точки зрения финансовых операций, так и с правовой стороны.
Я сейчас рассуждаю не как человек из России, который смотрит на это с точки зрения российских интересов, а с точки зрения мира финансов и финансовой деятельности. Можно привести много примеров по аналогии даже с юридическими лицами. Сложно представить, что в споре двух юридических лиц какая-то финансовая организация, например банк, занимает чью-то сторону и блокирует чьи-то активы, пока они между собой не разберутся.
В таких условиях, считает он, у России остается только один вариант — действовать зеркально. Именно поэтому были введены счета типа С, на которых заморожены средства инвесторов из недружественных стран.
Но, кстати, по ним идет взаимный обмен тех лиц, которые никак не связаны с политикой и госуправлением. Частных инвесторов, чьи активы просто стали заложниками ситуации и с российской стороны, и со стороны иностранцев.
Процедура такого обмена, по его словам, уже выработана и осуществляется под патронажем Банка России, однако значительная часть активов по-прежнему остается заблокированной.
Зная историю финансово-экономических отношений со странами Запада, становится понятно, что они это время от времени практикуют. И это даже не про экономические отношения с Ираном и Венесуэлой, как сейчас любят приводить в пример, нет. Можно даже заглянуть вглубь веков и посмотреть, как себя вела Великобритания, как себя вели Соединенные Штаты по отношению к своим партнерам, с которыми они вели экономические отношения и торговлю. Так или иначе нечто подобное у них время от времени практиковалось.
Именно поэтому, считает эксперт, блокировка российских активов изначально выглядела как мера «надолго», что в итоге и подтвердилось на практике.
С его точки зрения, если бы решение о подаче исков принималось раньше, обращаться в суд следовало бы уже в 2023 году. Однако в ЦБ, вероятно, рассчитывали на возможность разблокировки активов и потому не спешили с юридическими шагами.
И только лишь когда уже увидели реальные действия, направленные на бессрочную блокировку, и разговоры про конфискацию как таковую — не прямую, но косвенную, — тогда уже решили подавать иски.
Вся эта история будет еще долго развиваться, но уже в юридической плоскости, считает Бадалов. Здесь экономисты будут бессильны, тут уже нужны юристы, в том числе знающие международное право, которые будут трактовать позицию той или иной стороны, перспективы и так далее.