Третий день большой войны на Ближнем Востоке.
Этой ночью Иран и Израиль обменялись ударами. В Израиле повреждены жилые дома, в Иране атаковано нефтехранилище и штаб-квартира Минобороны.
Что пишут мировые СМИ?
Атака Израиля на Иран сродни стратегии Тель-Авива против Хезболлы, пишет The New York Times. Издание напоминает, что Израиль уничтожил руководство группировки прошлой осенью и ослабил ее военный потенциал, в связи с чем газета задается вопросом: может ли такая стратегия сработать против более сильного противника? Хезболлу, хуситов и ХАМАС издание называет прокси-силами Ирана, которым не хватает мощи, чтобы бросить вызов израильским военным, кроме как с помощью партизанской тактики. Однако Иран с населением более 90 миллионов человек — это совсем другая история. Тот факт, что Тегеран смог запустить баллистические ракеты в центр Тель-Авива и другие локации, даже если многие из них были отражены ПВО, был доказательством того, что Иран — гораздо более сильный противник. Также отмечается, что Тегеран быстро назначил новых командиров, чтобы заменить убитых Израилем.
Атаки Израиля показали, что он сохраняет господство в воздухе, для Ирана это экзистенциальная дилемма, пишет Bloomberg. Тегеран не может позволить себе показаться слабым, но его возможности сужаются из-за ударов по военным объектам. Тем не менее, если говорить о ядерных объектах Ирана, то они разбросаны по разным локациям, некоторые из них спрятаны глубоко под скалами и железобетоном. Способность Израиля повредить их без помощи американского оружия и самолетов — ограничена.
Арабская газета Asharq Al-Awsat задается вопросом: играет ли Россия роль посредника между Ираном и Израилем? В последние десятилетия Москва старалась поддерживать дружеские отношения с Тель-Авивом, несмотря на то, что у нее сложились прочные экономические и военные связи с Тегераном. Нынешние боевые действия поставили Россию в сложное положение, требующее особых дипломатических навыков для поддержания отношений с обеими сторонами. И несмотря на решительное осуждение действий Израиля, нет признаков того, что Москва предложит Тегерану что-либо, помимо политической поддержки. Однако если переговоры по ядерной сделке Ирана возобновятся, то роль России может стать ключевой.