Верховный суд РФ отменил сегодня решения нижестоящих инстанций по «делу Долиной»: квартира остается у покупательницы Полины Лурье. Правда, выселением певицы будет заниматься Мосгорсуд, в который возвращены материалы. Сколько займет процесс выселения – неизвестно.
Решение Верховного суда прокомментировал юрист с большим опытом работы с «квартирными» разбирательствами: «Решение Верховного суда — ожидаемое и юридически верное. Иного исхода здесь просто не могло быть. Но всё, что было до него и до сих пор происходит вокруг, — это позор и деградация судебной и надзорной системы. Три судебные инстанции подряд вынесли неправосудные решения. И речь здесь не о деньгах в конвертах, а о куда более опасной форме коррупции — блате, административном ресурсе и статусе. Придворная артистка, «правильная» позиция, лояльность — и закон отодвигается в сторону. Об этом уже много сказано, и никаких иллюзий тут быть не должно.
Но отдельного внимания заслуживает позиция прокуратуры. Вместо того чтобы ставить вопрос о люстрации судей, выносивших заведомо неправосудные решения (а такая статья в УК существует), и разбираться с коллегами, которые ещё на стадии уголовного дела обязаны были иметь чёткую и принципиальную позицию, прокуратура делает ровно обратное.
Она пытается амортизировать неудобное положение судей. По сути звучит следующее: — суды всё сделали правильно; — прокуратура их поддерживает; — квартира должна была остаться у Долиной; — ну а Лурье просто «забыли» дать компенсацию — небольшое, мол, нарушение.
И всё это — под шлейфом громких слов про «справедливость» и «баланс интересов».
Но прокурор сам себе вырыл яму. Потому что возникает простой и неудобный вопрос: О каком решении с выплатой компенсации вообще может идти речь, если Долина сама в процессе прямо заявила, что денег у неё нет?
Получается, вся позиция прокуратуры сводится к одному — предложить заведомо неисполнимое решение, прекрасно понимая, что оно никогда не будет реализовано. Это уже не про баланс интересов, это про юридическую фикцию и прикрытие судебного произвола.
А теперь давайте на минуту представим, что у Лурье была сделка не с Долиной, и никакого общественного резонанса не возникло бы. Что тогда?
Да ничего. Решение так бы и висело. И именно здесь видно, до какого состояния пала прокуратура — не в одном конкретном деле, а повсеместно. Чёрное называют белым. Заведомо незаконное — допустимым. Неисполнимое — справедливым. И при этом не несут никакой ответственности.
Верховный суд в этой истории выступил не как элемент системы, а как аварийная кнопка. Но если всё снова свести к «судебной ошибке», а не назвать вещи своими именами, — такие истории будут повторяться снова и снова.