Структуры сторонников Алексея Навального используют ботоферму, сотрудники которой за деньги публикуют посты против политических оппонентов и в поддержку ФБК.
По данным издания, боты (которые называют себя “эльфами”) получают за час работы 10 евро. Под этим подразумевается написание не менее 120 комментариев или постов в день. Содержание публикаций предоставляет координатор ботофермы, а сотрудники затем отчитываются о проделанном.
Большая часть тезисов, которые продвигают “эльфы”, касается СВО и ее последствий для России. Однако, помимо этого, сотрудники пишут про инициативы ФБК или высказываются про политических оппонентов — Алексея Венедиктова, Максима Каца и Ксению Собчак.
Бюджет на фабрику предоставляет фонд Free Russia Foundation. Объем финансирования зарплат “эльфов” оценивается в сумму до 4,32 млн евро в год — без учета затрат на аренду офисов, угон аккаунтов (с которых впоследствии пишут боты) и остальную инфраструктуру.
Штат сотрудников ботофермы составляет около 200 человек, они работают из Тбилиси и Вильнюса. Формально “эльфы” заключают договоры о предоставлении SMM-услуг с компанией Reforum — ее возглавляет сотрудница Free Russia Foundation Наталья Арно. А руководит фабрикой экс-глава московского штаба Навального Олег Степанов, в решении ключевых вопросов также участвует Иван Жданов.
Издание SVTV ссылается на бывших сотрудников фермы, которые предоставили массивный архив с внутренними переписками и инструкциями. По их словам, они уважают Навального и других руководителей ФБК, однако считают “некорректным искусственное завышение показателей популярности ФБК в сети и занижение показателей других критикующих Кремль медиа инфлюенсеров.
Судя по внутренним перепискам, многие сотрудники фермы понимают, чем занимаются, и называют себя “навальноботами”: “Прикиньте, после в****ы мы останемся навальноботами к примеру и будет рассказывать, как похорошела Москва при Каце.”
Иван Жданов назвал публикацию SVTV абсолютной ложью и заявил, что ФБК никак не связан с сетью ботов. “Готов это подтвердить в суде. И от всей этой истории пахнет очень скверно и не выглядит как просто журналистская ошибка.”