Советник президента России Антон Кобяков на итоговой пресс-конференции Петербургского международного юридического форума заявил, что «СССР ведь юридически где-то существует и продолжает существовать».
При распаде Советского Союза, по его словам, была нарушена юридическая процедура. СССР был создан по решению Съезда народных депутатов, поэтому его следовало распускать по решению того же органа. Кроме того, сказал он, что у Верховных советов союзных республик не было полномочий для ратификации Беловежских соглашений. Это признают специалисты по конституционному праву, в том числе зарубежные – из Франции и США.
Звучит как музыка небесных сфер. Но тут открывается такая юридическая бездна, что заглядывать в неё лучше, и правда, пока только теоретикам права. Потому что не получится выбирать из заключения о том, что СССР юридически существует, только приятные моменты – здесь играем, здесь не играем, а здесь масляное пятно – рыбу заворачивали. Не получится просто осудить, например, Ельцина, Кравчука и Шушкевича, поставивших свои подписи под беловежским соглашением, за, положим, навскидку, государственную измену. И не получится просто признать юридически СВО на Украине «внутренним процессом», как полагает Кобяков. Дальше, дальше-то что? Как тогда юридически квалифицировать признание новых независимых государств, международные договоры с ними, создание, например, ОДКБ или Союзного государства Россия – Белоруссия? И нелегальная миграция тогда ведь уже не нелегальная, а «внутренний процесс»... Нет уж, пусть теоретики разбираются.
А ведь СССР существует не «где-то юридически». Он физически существует здесь и сейчас.
В тех оборонных заводах, что не рухнули под ударами «младореформаторов», заводах, без которых наша армия сейчас не смогла бы воевать. В тех боевых самолётах, артиллерийских орудиях, танках и снарядах, что были сконструированы нашими великими советскими конструкторами. В той единой энергетической системе страны, которую, как ни старался, не смог разорвать Чубайс. В возвращении, когда стало понятно, что по-другому – никак, советских наработок: совершенно не рыночных методах в ВПК, внедрения «госзаказа» и едва ли не «распределения выпускников» в образовании...
В людях. В советских пенсионерах, что вместо сидения на лавочке у подъезда плетут маскировочные сети, льют окопные свечи, готовят для солдат сухие супы. В пятидесятилетних бойцах – командирах и добровольцах, что ещё помнят советскую Родину, ту жизнь, что была несравненно беднее, но несравненно справедливее и чище нынешней. В их детях, которых они ведут в кромешный огонь на штурмы вражеских опорников, детях, которым они передали это сакральное знание: жить можно по-другому, не ради себя – ради Родины.
Без этого физического существования СССР нас бы уже не было...