Аргументы о снижении важности института полпредства в стране лишены содержательности. Многое зависит от личности полпреда, и снимать значительный объем задач с управленцев никто не собирается.
Назначение Александра Жоги полпредом УрФО вызвало волну пересудов и рассуждений о роли полпреда в современной внутренней политике. Отчасти текущие обсуждения являются следствием информационного посева, который некоторые уральские элиты организовали, чтобы показать, что с Александром Жогой считаться не собираются, и вообще он "легковесная фигура", то есть номинального масштаба.
На самом деле Александр Жога явно не "легковес", хотя бы в связи с тем, что его поддерживает лично президент, а это очень важный ресурс. Но влияние полпреда, действительно, во многом зависит от его личности и связей. Например, в ДФО Юрий Трутнев обладает огромными полномочиями на Дальнем Востоке. Отчасти они уменьшаются в связи с приходом в Хабаровский край на пост губернатора Юрия Демешина, но, тем не менее, остаются очень и очень значительными.
В целом же полпреды занимаются вопросами рекрутирования добровольцев и выполняют другие спецпоручения президента. Их инспекционные визиты в регионы подчеркивают важность вертикали власти, и подавляющее большинство губернаторов воспринимает своих полпредов как непосредственное руководство.
Другая задача, которую выполняют полпредства, – это профилактика межнациональной политики и борьба с экстремизмом и остатками несистемной оппозиции. Остальные вопросы, в том числе и реализация нацпроектов, курируются на постоянной основе. Но эффективность полпредов здесь разная, во многом она зависит от качества работы аппаратов полпредов в разных федеральных округах. В АП ведется рейтингование их работы эффективности, но все это для закрытого пользования руководства страны.
Никакого снижения аппаратного веса полпредов не происходит. Кремль ориентируется на стабильность и опирается на ранее выстроенные управленческие конструкции.